Революция муравьев
184. ЗООВЕДЧЕСКИЙ ФЕРОМОН: РАБОТА
Слюна 10‑го.
РАБОТА:
Сначала Пальцы дрались за пищу.
Потом, когда пищи стало вдоволь, они стали драться за свободу.
Когда они обрели свободу, они принялись драться за то, чтобы отдыхать как можно дольше, не работая.
Теперь благодаря машинам Пальцы достигли этой цели.
Они сидят дома, где пользуются обилием еды, свободой и отсутствием работы, но, вместо того чтобы сказать себе: «Жизнь прекрасна, можно целые дни ничего не делать», они чувствуют себя несчастными и голосуют за вождей, которые обещают снова дать им работу, уничтожив безработицу.
Интересная деталь: в пальцевский французский язык слово «travail» - «работа» пришло из латыни, это переделанное слово «трипалиум», что значит «тренога». Оно обозначало худшую из пыток, которым подвергали рабов.
Рабов подвешивали головой вниз на треноге и били палкой.
185. СВЯТИЛИЩЕ
Кусты ежевики скрывали углубление, которое находилось в сердцевине холма, над которым нависал другой холм поменьше. Вокруг летали птицы, насвистывая чудесные мелодии. Кипарисы покачивались, слушая их.
Примостившись на скале из песчаника, Жюли пробормотала:
- Мне кажется, я узнаю это место.
Место тоже её узнало. Она почувствовала, что за ней наблюдают. Не деревья, а сама земля. Два холма были похожи на глаз с выпуклым зрачком, а частокол ежевики был ресницами.
Летающий муравей вёл их, однако, не туда, а к яме, расположенной прямо под пальцем из песчаника.
Жюли прошла вперёд. Теперь сомнений уже не было. Здесь она нашла «Энциклопедию относительного и абсолютного знания».
- Если мы спустимся, подняться уже не сможем, - предупредил Давид.
Но летающий муравей кружился вокруг них, торопя их именно спрыгнуть. Чувствуя себя фаталистами, они подчинились.
Девушка и юноша ободрали руки и лицо о ежевику, акацию, пырей и бодяк. Тут действительно было просто скопление пользующихся дурной славой представителей растительного мира. Только несколько вьюнков вносили цветочную ноту в суровое собрание.
Летающий муравей повёл их к отверстию в земле. На четвереньках, как кроты, Жюли и Давид залезли в пещеру.
Летающий муравей освещал проход своим глазом‑маяком. Давид кое‑как полз, не оставляя своей палки.
- В конце тупик. Я знаю, потому что я здесь была, - объявила Жюли…
Они и в самом деле упёрлись в стену. Летающий муравей сел на землю, как будто выполнил свою работу гида.
- Ну вот, теперь надо ползти обратно, - вздохнула девушка.
- Подожди, это насекомое‑робот наверняка не просто так нас сюда привело, - сказал Давид.
Он внимательно осмотрелся. Пощупал стену и почувствовал под рукой что‑то твёрдое и холодное. Он смахнул песок и обнаружил круглую металлическую плиту, которую летающий муравей поторопился осветить. На металлической панели была выгравирована загадка и встроены клавиши для набора кода.
Вместе они разобрали: «Как сделать из шести спичек восемь равносторонних треугольников одинакового размера?»
Так, теперь геометрия. Жюли схватилась за голову. Убежать невозможно, система школьного образования преследует вас повсюду.
- Подумаем. Это телевизионная загадка, - сказал Давид, который их очень любил и редко пропускал «Головоломку для ума».
- Ну да, ну да. Тётенька по телевизору, такая умная, решения не нашла. А мы, конечно…
- По крайней мере, пока мы думаем, надежда есть, - настоял Давид.
Юноша сорвал корешок, торчавший из земли, разделил его на шесть частей и положил каждую по отдельности.
- Шесть спичек и восемь треугольников… Это должно быть осуществимо.
Он долго перекладывал свои спички. И вдруг воскликнул:
- Все, я догадался!
Он объяснил Жюли решение. Набрал слово на клавишах, послышался скрежет металла, и дверь открылась.
За ней был свет и люди.
186. ЗООВЕДЧЕСКИЙ ФЕРОМОН: СТАДНОЕ ЧУВСТВО
Слюна 10‑го.
СТАДНОЕ ЧУВСТВО:
Пальцы очень подвержены стадному чувству.
Они почти не могут жить по одиночке.
При первой возможности они собираются в стада.
Одно из мест, где стадное чувство проявляется особенно ярко, называется «метро».
Там они проходят испытания, которых не выдержит ни одно насекомое: они скапливаются, прижимаются и надавливают друг на друга, они не могут двигаться, настолько плотна собравшаяся толпа.
Феномен метро ставит вопрос: есть ли у Пальца индивидуальный разум? Может быть, у него есть зрительные или слуховые потребности, вынуждающие его к такого рода стадному поведению?
187. ТАК ЭТО БЫЛИ ОНИ
Первое лицо, которое увидела Жюли, было лицо Жи‑вунга. Затем появились Франсина, Зое, Поль и Леопольд. «Муравьи», за исключением Нарцисса, были в сборе.
Друзья протянули руки и обнялись. От счастья снова найти друг друга, они сбились в тесную группу. Все целовали Жюли в горячие щеки.
Жи‑вунг рассказал об их приключениях. С трудом выбравшись живыми из заварушки в лицее, они решили отомстить за Нарцисса и помчались за Чёрными Крысами по маленьким улочкам, прилегавшим к площади, но не догнали их. Преследуемые полицейскими, друзья еле‑еле смогли оторваться от погони. Лес показался им надёжным убежищем, а там их нашёл летающий муравей и привёл сюда.
Дверь открылась, невысокая крепкая фигура возникла на фоне света: старый человек с длинной белой бородой, похожий на Деда Мороза.
- Эд… Эдмонд Уэллс? - спросила Жюли, заикаясь. Старик покачал головой.
- Эдмонд Уэллс умер три года назад. Я Артур Рамирез. К вашим услугам.
- Это господин Рамирез послал муравьёв‑роботов, чтобы привести нас сюда, - сказала Франсина.
Девушка со светло‑серыми глазами секунду смотрела на их спасителя.
- Вы знали Эдмонда Уэллса? - спросила она.
- Не больше, но и не меньше, чем вы. Я знаю его только по книгам, которые он оставил. Но разве прочесть написанное человеком - не лучший способ с ним познакомиться?
Рамирез рассказал о том, что это место существует благодаря «Энциклопедии относительного и абсолютного знания» Эдмонда Уэллса. В привычках Эдмонда Уэллса было устраивать подземелья а кодовые двери, открывающиеся решением задачи о спичках и треугольниках. Эдмонд Уэллс любил выкапывать пещеры и прятать в них свои секреты и сокровища.
- Я думаю, что в глубине души это был взрослый ребёнок, - хитро сказал старик.
- Это он положил книгу в глубине туннеля?
- Нет, это я. Эдмонд часто делал сложные подходы к своим убежищам. Из уважения к его творчеству, я сделал то же самое. Когда я нашёл третий том «Энциклопедии», я его сначала отксерокопировал, а потом положил оригинал перед входом в мою пещеру. Я был убеждён в том, что его никто никогда не найдёт, а потом однажды обнаружил, что он пропал. Это вы, Жюли, нашли его. Вы должны продолжить эстафету.
Они находились в помещении, похожем на узкую прихожую.
- В чемодане был миниатюрный передатчик. Я без особого труда выяснил вашу личность. С тех пор мои шпионы‑муравьи вас больше не покидали, следя за вами то с большего, то с меньшего расстояния. Я хотел посмотреть, что вы станете делать, получив в распоряжение «Энциклопедию» Эдмонда Уэллса.
- Ах вот почему муравей сел мне на руку во время моей речи в самый первый день!
Артур добродушно улыбнулся.
- Ваша интерпретация мыслей Эдмонда Уэллса, честно говоря, несколько неожиданна. Мы здесь благодаря летающим муравьям‑шпионам получали всю информацию о вашей «Революции муравьёв».
- И слава Богу, потому что не дождались бы, пока журналисты об этом по телевидению заговорят! - сурово сказал Давид.
- Мы смотрели вашу революцию, словно сериал. Мои маленькие, управляемые на расстоянии шпионы видят все, чего не замечают средства массовой информации.
- Но кто вы?
Артур рассказал свою историю.
Когда‑то он был специалистом по роботостроению. Он для армии изобрёл управляемых роботов‑волков. Машины эти позволяли богатым, экономящим живую силу государствам воевать с бедными перенаселёнными странами, которые хладнокровно посылали на смерть лишние рты. Артур осознал, что солдаты, управляющие волками, впадают в исступление и убивают всех на своём пути, словно в компьютерной игре. Объятый ужасом, он подал в отставку и открыл магазин игрушек: «Артур, игрушечный король». Его талант помог ему делать говорящие игрушки, которые успокаивали детей лучше, чем их собственные родители. Его мини‑роботы с синтетическими голосами и компьютерной программой подстраивали свои ответы под вопросы ребёнка. У Артура появилась надежда на то, что благодаря добрым плюшевым мишкам вырастет новое, менее подверженное стрессам поколение.
- Ведь война в основном дело рук неправильно воспитанных в детстве людей. Я рассчитываю, что мои плюшевые игрушки уже выправляют положение.
Однажды он по ошибке получил посылку, почтальон явно перепутал адреса. Это был второй том «Энциклопедии относительного и абсолютного знания», предназначенный Летиции Уэллс, единственной дочери профессора, письмо поясняло, что в книге заключается все её наследство. Артур и Жюльетта, его жена, сразу же решили переслать книгу, но любопытство было сильнее их. Они решили сначала полистать том. В книге говорилось, конечно, о муравьях, но также и о социологии, философии, биологии, и особенно о понимании между разными цивилизациями и о месте человека во времени и пространстве.
Вдохновлённый доводами Эдмонда Уэллса, Артур бросился изготовлять пресловутую машину для перевода муравьиного языка запахов на человеческий, называемую «Пьер де Розетт». Ему удалось вступить в диалог с насекомыми, в частности с очень развитым муравьём под именем 103‑й.
Затем с помощью Летиции Уэллс дочери учёного, полицейского по имени Жак Мелье, а также министра науки и перспективных исследований Рафаэля Изо Артур вступил в переговоры с президентом республики, пытаясь уговорить его открыть муравьино‑человеческое посольство.
- Так это вы отправили письмо Эдмонда Уэллса? - спросила Жюли.
- Да. Копию. Оно находилось в «Энциклопедии». Девушка со светло‑серыми глазами знала, как мало доверия было оказано этому посланию, и не стала рассказывать о том, что теперь оно было объектом шуток во время светских раутов в честь высокопоставленных иностранцев.
Артур сказал, что ответа от президента он так и не получил, а министр, поддержавший его идею, был вынужден подать в отставку. С тех пор все оставшиеся силы он употребляет на реализацию своего проекта: открытие муравьино‑человеческого посольства, которое позволит наконец двум цивилизациям сотрудничать на благо всем.
- Вы построили и это подземелье тоже? - спросила Жюли, меняя тему.
Артур подтвердил, добавив, что если бы друзья появились неделей раньше, то обнаружили бы, что внешне конструкция похожа на пирамиду.
Комната, в которую попали Жюли и Давид, была просто прихожей. Дверь из неё вела в более просторное помещение. Это был большой круглый зал с расположенной в центре его на высоте трех метров лампой сферической формы около пятидесяти сантиметров в диаметре. Свет давала тонкая стеклянная колонна, которая тянулась до потолка конической формы и проводила внутрь пирамиды естественный дневной свет.
Вокруг кольцом стояли лабораторные модули с многочисленными сложными машинами, компьютерами, письменными столами.
- Оборудование большого зала - обычные машины, подключаемые друг к другу. Там, подальше, вы видите двери в лаборатории, где мои друзья работают над проектами, требующими большего спокойствия.
Артур показал на узкий коридорчик над их головами, также испещрённый дверьми.
- Всего здесь три этажа. На первом работают, проводят эксперименты, ставят опыты. На втором живёт коммуна, там отдыхают. Там находятся столовые, гостиные, запасы продуктов. На третьем - дортуары.
Много людей вышло из лабораторий познакомиться с «муравьиными революционерами». Тут были и племянник Эдмонда Джонатан Уэллс, и его жена Люси, и их сын Николя, и бабушка Августа Уэллс, а также профессор Розенфельд, сыщик Джейсон Брейгель, полицейские и пожарные, которые их разыскивали.
Они представились, как друзья первого тома «Энциклопедии относительного и абсолютного знания».
Летиция Уэллс, Жак Мелье и Рафаэль Изо, как, впрочем, и Артур Рамирез, были от второго тома. Обитателей, к которым присоединились Жюли и её шесть друзей, было двадцать один человек.
- Для нас вы - друзья третьего тома, - заявила Августа Уэллс.
Джонатан Уэллс рассказал им о том, что после провала их предложения о создании муравьино‑человеческого посольства, друзья первого и второго томов решили вместе изолироваться от мира, чтобы подготовить условия для необходимой встречи. В совершённой тайне, выбрав особенно глухой участок леса, они построили двадцатиметровую пирамиду. Семнадцать метров находились под землёй, а три возвышались над её поверхностью, как верхушка айсберга. Вот почему такая маленькая пирамида скрывала такие большие помещения. Для того чтобы замаскировать выступающую из земли часть пирамиды, её покрыли зеркальными пластинами.
В этом, в основном подземном, убежище можно было спокойно заниматься исследованиями, совершенствовать средства общения с мирмекийцами и конструировать управляемых муравьёв, защищающих пирамиду от непрошеных гостей.
Зимой, правда, опавшие листья рассекретили пирамиду. Обитатели её с нетерпением ждали весны и новой зелени, но любопытный отец Жюли появился раньше.
- Это вы его убили? Артур опустил глаза.
- Это была ужасная случайность. Я тогда ещё не испробовал жала‑шприцы моих летающих муравьёв с усыпляющим эффектом. Когда ваш отец подошёл к пирамиде, я испугался, что он расскажет властям о существовании нашего сооружения. Я взбесился. И послал к нему управляемого насекомого, который сделал ему усыпляющий укол.
Старик вздохнул и погладил бороду.
- Это был усыпляющий препарат, используемый в хирургии, я не думал, что он может вызвать смерть. Я просто хотел усыпить слишком любопытного прохожего. Ошибся, наверное, в дозировке. Жюли покачала головой.
- Дело не в этом. Вы не могли знать, что у моего отца была аллергия на лекарства, содержащие хлор‑этил.
Артур удивился тому, что девушка не так уж и сердится на него.
Он продолжил свой рассказ. Обитатели пирамиды установили видеокамеры на соседних деревьях. Они увидели, что чересчур любопытный прохожий умер. Прежде чем они успели убрать труп, собака привлекла другого прохожего, который и сообщил все полиции.
Через несколько дней вокруг пирамиды стал крутиться полицейский. Он сумел избавиться от летающего муравья, раздавив его подошвой ботинка, и позвал бригаду подрывников, чтобы обложить стены пирамиды динамитом.
- В конечном итоге это вы с вашей «Революцией муравьёв» спасли нас, - объявил Джонатан Уэллс. - Отсчёт уже шёл на секунды, когда вы устроили отвлекающий манёвр, и полицейского отозвали.
Конечно, надо бы было воспользоваться отсрочкой для переезда. Но в пирамиде было установлено слишком много громоздкого оборудования.
- Подключившись к вашему серверу «Революция муравьёв», мы нашли решение, - сказала Летиция Уэллс. - Дом, заключённый в холме, - какая великолепная маскировка!
- Нам не надо было даже выкапывать дом в земле, было достаточно переделать в холм нашу пирамиду, покрыв её песком.
Жи‑вунг добавил:
- Это идея Леопольда, но в принципе она очень древняя. На моей родине, в Корее, в первом веке нашей эры, цари цивилизации Пайкше строили огромные гробницы пирамидальной формы, в стиле египетских пирамид. Поскольку все знали, что в них спрятаны сокровища и драгоценности умерших, гробницы постоянно грабили. Тогда властители и их архитекторы решили прятать их, покрывая землёй. Так захоронения стали похожими на холмы, и грабителям приходилось раскапывать все холмы подряд, чтобы найти могильные богатства.
- Мы воспользовались тем, что полиция была занята в лицее, и покрыли пирамиду землёй. За четыре дня все было сделано, - заключила Летиция.
- Вы вручную это сделали?
- Нет. Артур, наш дежурный умелец, сконструировал роботов‑кротов, которые работали ночью, и очень быстро.
- Затем я поставил дуплистое дерево со стеклянной колонной на верхушке для подачи солнечного света через наконечник, а Люси и Летиция украсили наш холм выкопанными кустами, чтобы придать ему естественный дикий вид.
- Не так‑то легко посадить деревья бессистемно. Хотелось выровнять их по линейке, - сказала Летиция. - Но у нас получилось. И теперь мы живём под землёй, в «гнёздышке», спрятавшись от всех.
- Навахо считают, - добавил Леопольд, - что земля охраняет от всех опасностей. Если кто‑нибудь заболевает, его закапывают в землю по шею, только голову оставляют на поверхности. Земля - наша мать, совершенно естественно, что она защищает и лечит нас.
Но Артур сохранял озабоченный вид.
- Будем надеяться, что, когда сыщик вернётся, он не раскроет нашу хитрость…
Старик продолжал экскурсию по «гнёздышку». Электричество они добывали через сотни искусственных листьев, внешне совершенно неотличимых от настоящих, даже с прожилками, снабжённых фотоэлементами и прикреплённых к верхушкам деревьев на гребне холма. Энергии, таким образом, хватало для всей техники.
- А ночью у вас электричества нет?
- Есть, мы установили мощные конденсаторы, накапливающие энергию.
- А питьевая вода?
- Рядом подземная речка. Нетрудно было отвести канал.
- Мы ещё сделали систему труб для хорошего проветривания помещений, - сказал Джонатан Уэллс.
- Кроме того, мы занимаемся сельским хозяйством, разводим грибы и собираем урожаи под землёй.
Затем Артур Рамирез показал свою лабораторию. В аквариуме двухметровой длины муравьи сновали среди земляных холмиков.
- Мы их называем «духами», - сказала Летиция. - В конце концов, муравьи действительно настоящие духи леса.
У Жюли снова возникло ощущение, что она попала в сказку. Она была Белоснежкой со своими Гномами. Муравьи - духами, а человек с белой бородой и фантастическими изобретениями - волшебник Мерлин.
Артур показал им муравьёв, манипулирующих крошечными зубчатыми колёсиками и электронными комплектующими.
- Они страшно изобретательны, посмотрите.
Жюли не могла прийти в себя от изумления. Муравьи передавали друг другу предметы, некоторые из которых были настолько мелкими, что даже часовщик со своей лупой не разглядел бы их в деталях.
- Перед тем, как использовать, их нужно было приобщить к нашим технологиям, - уточнил Артур. - Ведь даже когда строят завод в странах «третьего мира», туда сначала посылают инструкторов.
- В сборке мелких деталей они точнее, чем наши лучшие рабочие, - подчеркнула Летиция. - Только им удаётся изготовлять наших роботов - летающих муравьёв. Ни один человек не смог бы пользоваться столь миниатюрными инструментами.
Вооружившись лупой, Жюли смотрела на насекомых, собирающих робота - летающего муравья при помощи подходящих к их росту инструментов. Крошечные инженеры сновали вокруг машины, как авиаконструкторы вокруг истребителя. Нервно шевеля усиками, муравьи передавали из лапки в лапку крыло, которое затем вставляли в паз и укрепляли клеем.
Спереди два других муравья вживляли две лампочки вместо глаз. Сзади заполняли резервуар для яда прозрачной жёлтой жидкостью. Третья команда занималась батарейкой, устанавливаемой в тораксе.
Крохотные инженеры проверили затем, как машина функционирует, включили одну фару‑глаз, вторую. Соединили контакты, крылья задвигались на разной скорости.
- Впечатляет, - сказал Давид.
- Просто микроробототехника, - ответил Артур. - Если бы наши десять пальцев были менее неуклюжими, мы смогли бы делать то же самое.
- Это же все должно очень дорого стоить, - заметила Франсина. - Где вы взяли деньги, чтобы построить пирамиду и все эти машины?
- Мммм, когда я был министром науки и перспективных исследований, - сказал Рафаэль Изо, - я заметил, что огромное количество денег тратится впустую на изучение ненужных вещей. Например, на инопланетян. Президент республики, увлекавшийся этой темой, запустил очень дорогостоящую программу типа SETI (Search for Extra Terrestrial Intelligence). Мне было нетрудно присвоить некоторую сумму перед отставкой, так как мы скорее начнём контактировать с внутрипланетянами, чем с инопланетянами. Муравьи, по крайней мере, точно существуют, в этом каждый может убедиться.
- Вы хотите сказать, что все это построено на деньги налогоплательщиков?
Министр поморщился, будто говоря, что это пустяк по сравнению с тем разбазариванием средств, которое он видел, пребывая на своём посту.
- Ну, ещё здесь некоторая часть денег Жюльетты, - добавил Артур. - Моя жена, Жюльетта Рамирез, осталась снаружи. Она, как авианосец для наших крылатых муравьёв, живёт в городе и играет в «Головоломке для ума». Я вас уверяю, что телевизионные игры дают неплохо заработать.
- Сейчас ей трудновато, да? - сказал Давид, вспомнив о том, что загадка, которую госпожа Рамирез никак не могла отгадать, выгравирована на входной двери.
- Не переживайте, - сказала Летиция, - игра подтасована. Загадки посылаем мы. Жюльетта знает заранее все ответы. Она просто доводит ставку до максимума на каждой передаче, чтобы это принесло нам больше денег.
Жюли восторженно оглядывала то, что эти люди называли своим «гнёздышком». Может быть, оттого, что они жили здесь уже почти год, они проявляли находчивость, которая Революции муравьёв и не снилась.
- Отдохните, а завтра я вам покажу другие чудеса наших лабораторий.
- Артур, вы точно не профессор Эдмонд Уэллс? - спросила Жюли.
Человек закатился смехом, быстро перешедшим в кашель.
- Мне нельзя смеяться, для здоровья вредно. Нет, нет, нет, увы, я вас уверяю, что я не Эдмонд Уэллс. Я просто больной старик, спрятавшийся с друзьями в хижине, чтобы спокойно заниматься развлекающим его творчеством.
Он повёл их в предназначенные для них помещения.
- Мы предусмотрели здесь около тридцати лож, ну, маленьких комнаток, для «друзей третьего тома». Мы не знали, сколько вас будет, когда вы появитесь. Для семерых места более чем достаточно.
Франсина достала сверчка Джимми и усадила на комод. Она успела его захватить с собой.
- Бедняга, если бы мы его не спасли, он бы закончил карьеру жалким образом - певцом в клетке, развлекающим детишек.
Каждый обустроил свою комнату перед тем, как пойти ужинать. Затем они спустились в гостиную с телевизором, где их уже ждал Жак Мелье.
- Жак помешан на телевидении. Это его наркотик, он не может не смотреть его, - насмешливо сказала Летиция Уэллс. - Иногда он включает звук громковато, тогда мы с ним ругаемся. Непросто жить коммуной в тесном пространстве. Но недавно он мхом звукоизолировал гостиную с телевизором, стало получше.
А Жак Мелье как раз увеличил громкость звука, потому что начались новости. Все собрались посмотреть, что же происходит во внешнем мире. Поговорив о войне на Ближнем Востоке, о росте безработицы, комментатор, наконец, добрался и до Революции муравьёв. Он объявил, что полиция продолжает искать зачинщиков. Гостем программы был журналист Марсель Вожирар, уверявший, что последним интервьюировал их.
- Опять он! - возмутилась Франсина.
- Помните его девиз…
Все семеро произнесли хором:
- «Чем меньше о чем‑то знаешь, тем лучше об этом рассказываешь».
И действительно, журналист, видимо, ничего не знал об их революции, поскольку был неистощим. Он утверждал, что был единственным доверенным лицом Жюли, которая поведала ему о своём намерении перевернуть весь мир музыкой и сетью компьютеров. Комментатор наконец завладел микрофоном и заявил, что состояние единственного задержанного, Нарцисса, несколько улучшилось. Он вышел из комы.
Все почувствовали облегчение.
- Держись, Нарцисс! Мы тебя вызволим оттуда! - закричал Поль.
Затем последовали кадры лицея, изуродованного «вандалами» Революции муравьёв.
- Но мы же ничего не уродовали, - разозлилась Зое.
- А может быть, Чёрные Крысы вернулись в опустевший лицей и все разгромили.
- Или этим занялась полиция, чтобы вас дискредитировать, - сказал Жак Мелье, сам бывший комиссар.
На экране снова появились семь портретов.
- Не беспокойтесь, здесь, под землёй, никто не догадается вас искать, - сказал Артур.
Он засмеялся, и смех снова превратился в приступ кашля.
Артур объяснил друзьям, что болен раком. Он пытался найти средство борьбы со своей болезнью, но безрезультатно.
- Вы боитесь смерти? - спросила Жюли.
- Нет. Единственная вещь, которой я боюсь, это умереть, не выполнив миссии, ради которой я родился на свет. (Он закашлялся.) У всех у нас есть такая миссия, и как бы ничтожна она ни была, если не выполнишь её, зря проживёшь свою жизнь. Произойдёт пустая трата человеческой личности.
Он засмеялся и снова закашлялся.
- Не волнуйтесь, у меня много сил. А потом… я вам не все ещё показал. У меня ещё очень большой секрет в запасе…
Люси принесла Артуру его аптечку. Пока старик делал себе укол морфия, чтобы уменьшить страдания, она подала ему пчелиное королевское молочко. Затем его отнесли в ложу для отдыха. Телевизионные новости заканчивались интервью со знаменитой певицей Александриной.
188. ТЕЛЕВИДЕНИЕ
Комментатор:
- Здравствуйте, Александрина, спасибо вам за то, что вы приехали к нам в студию. Мы знаем, как мало у вас времени. Александрина, ваша последняя песня «Любовь моей жизни» уже у всех на устах. Чем вы это объясните?
Звезда:
- Я думаю, что молодёжи близки темы моих песен.
Комментатор:
- Что вы можете сказать нам о вашем новом альбоме, уже лидере продаж?
- «Любовь моей жизни» - это мой первый ангажированный альбом. Он несёт в себе глубокий политический подтекст.
Комментатор:
- Неужели? И какой же, Александрина?
Звезда:
- Любовь.
Комментатор:
- Любовь? Гениально. Даже - как бы это сказать? - революционно!
Звезда:
- Я собираюсь, кстати, направить президенту республики петицию с призывом к тому, чтобы весь мир жил в любви. Если нужно, я организую сидячую забастовку перед Елисейским дворцом. Я предлагаю свою песню «Любовь моей жизни» сделать её гимном. Многие молодые люди пишут мне, что готовы выйти на улицы и совершить революцию под этим знаменем. Я уже нашла ей название. Это будет «Революция любви».
Комментатор:
- А я, в свою очередь, напомню, что ваш последний альбом «Любовь моей жизни» можно найти на полках всех музыкальных магазинов по умеренной цене - двести франков. Ваш клип будет транслироваться нашим каналом перед началом каждой программы, а поскольку уже многие отправились в отпуск, интересно узнать, какова обстановка на дорогах. Даниэль?
- Здравствуй, Франсуа. Здесь, в Росни‑су‑Буа, мы не имели счастья принимать в студии великолепную Александрину, но зато мы можем вам дать свежий отчёт о пробках на дорогах Франции в первый день пасхальных каникул.
Снятые с вертолёта неподвижные машины растянулись на многие километры.
- Аварии принесли уже десятки жертв, - комментировал журналист строгим голосом, - но совершенно не охладили желания людей отправиться в путешествие, пользуясь оплаченными днями отпуска.
189. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
ХРАБРОСТЬ ЛОСОСЯ: с самого рождения лососи знают, что должны совершить долгое путешествие. Они покидают родной ручей и плывут к океану. Попав в море, эти рыбы, привыкшие к пресной тёплой воде, меняют манеру дышать, чтобы приспособиться к холодной солёной воде. Они усиленно питаются, чтобы укрепить свои мышцы. Затем, как будто повинуясь какому‑то таинственному зову, лососи решают пуститься в обратный путь. Они пересекают океан, находят устье реки, в которую впадает та, что ведёт к их родному ручью.
Как они ориентируются в океане? Никто не знает. Наверное, их очень тонкое обоняние позволяет им почувствовать в море запах родной пресной воды, а может быть, они определяют своё местоположение по магнитным полям Земли. Последняя гипотеза, однако, менее вероятна, потому что в Канаде было зафиксировано, что лососи ошибаются в поисках реки в том случае, если она становится слишком загрязнённой.
Когда лососям кажется, что они нашли родное течение, они поднимаются по нему до истоков. Испытание это ужасно. Многие недели рыба борется с бурным течением, прыгает через водопады (лосось может прыгать на три метра в высоту), прячется от хищников - щук, выдр, медведей или людей‑рыбаков. Иногда они натыкаются на плотины, построенные во время их отсутствия.
Большинство лососей погибает в пути. Избежавшие смерти добираются, наконец, до родной реки и превращают её в территорию любви. Обессиленные и исхудавшие лососи предаются играм с выжившими самками ради воспроизведения рода. Последние свои силы они тратят на защиту икры. Только тогда, когда появляются маленькие лососи, готовые продолжить авантюрную жизнь своих предков, родители позволяют себе умереть.
Бывает, что некоторые лососи сохраняют достаточно сил для того, чтобы снова вернуться к океану и второй раз проделать большое путешествие.
Эдмонд Уэллс. «Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том III.
190. ОТГАДКА ПЕРВОЙ ЗАГАДКИ
В лесной чаще Максимильен остановил джип, вынул из бардачка бутерброд с копчёным лососем, слегка приправленным лимонным соком и сметаной, и с наслаждением его уплёл.
Вокруг полицейские переговаривались по рации. Максимильен взглянул на часы и поторопился нажать на кнопку портативного телевизора, работавшего от зажигания.
- Браво, госпожа Рамирез, вы нашли отгадку!
Аплодисменты.
- Это оказалось проще, чем я ожидала. Я сначала думала, что невозможно сделать восемь треугольников из шести спичек. Но потом… Вы были правы, достаточно было поразмышлять.
Максимильен взбесился. Он на несколько секунд опоздал с решением задачи про равносторонние треугольники одинакового размера.
- Хорошо, госпожа Рамирез, теперь перейдём к следующей загадке. Я вас предупреждаю, она будет труднее предыдущей. Вот как она звучит: «Я появляюсь в начале ночи и к концу утра. Меня можно увидеть два раза в год, меня можно хорошо различить, глядя на луну. Кто я?»
Максимильен машинально записал в блокнот условие задачи. Он любил иметь под рукой неразгаданную загадку.
Полицейский оторвал его от размышлений, постучав в дверцу машины.
- Все в порядке, шеф. Их следы нашли.
191. ИХ МИЛЛИОНЫ
Их лапки наступают на землю. Большой поход все время пополняется новыми участниками. Теперь миллионы насекомых направляются в страну Пальцев. Муравьи долго идут по кремнистым горным уступам и по изгибам коры пробивших землю корней.
Принцесса 103‑я чувствует мощный коллективный импульс, исходящий от войска, словно оно единое существо, уверенное в своей духовной силе и в то же время встревоженное тем, что ждёт его впереди.
Будет встреча, и к этой встрече муравьи должны прийти в полном расцвете своих талантов.
Все чувствуют грандиозность события. За время своего долгого существования муравьи, конечно, уже переживали великие планетарные моменты. Исчезли динозавры, но это было растянуто во времени и потому незаметно. Была победа над термитами, но она была постепенной и трудоёмкой. Теперь наступает встреча с Пальцами.
Последняя Великая встреча.
Улитки с дымящимися оранжевыми угольками на спинках придают нескончаемой процессии сходство с пунктирной светящейся змеёй. Вокруг медленно скользящих раковинок в траве рассредоточены маленькие муравьи.
Удобно устроившись на гребне переваливающейся с боку набок и обильно пускающей пену улитки, 7‑й приступает к фреске, посвящённой долгому походу к Пальцам. Он смачивает коготь слюной, опускает его в краситель и рисует на большом листке, служащем ему холстом. Пока он делает наброски портретов муравьёв.
192. НАКОНЕЦ ВОССОЕДИНИВШАЯСЯ ТРОЙКА
Первая ночь в пирамиде была очень приятной. Может быть, усталость, может, форма пирамиды и защитный слой земли на её крыше сыграли свою роль, но впервые за долгое время Жюли заснула почти без страха.
Утром она позавтракала в общей столовой, а потом пошла прогуляться по пирамиде. В библиотеке на большом столе она нашла две книги, похожие на её «Энциклопедию». Она посмотрела на первый и второй тома, принесла из своего рюкзака третий и положила его рядом с остальными.
Теперь все три тома наконец были вместе.
Странно было думать о том, что все их приключения случились по воле человека, который всего лишь написал три книги, так повлиявшие на тех, кто пережил его.
К ней подошёл Артур Рамирез.
- Я был уверен, что найду вас здесь.
- Почему он написал три книги? Почему не объединил их в одну? - спросила Жюли.
Артур сел.
- Каждая из книг посвящена встрече с цивилизацией или с другим образом мышления. Они представляют собой три шага к пониманию Другого. Первая книга - первый этап: открытие существования Другого и первый контакт. Вторая книга - второй этап: если конфронтация не закончилась ни победой, ни поражением ни для одной из сторон, наступило время сотрудничества с Другим.
Он положил три тома один на другой.
- Контакт. Конфронтация. Сотрудничество: трилогия завершена, встреча с Другим состоялась. 1 + 1 = 3…
Жюли открыла второй том.
- Вы говорили, что сконструировали машину для переговоров с муравьями. Это правда?
Артур кивнул.
- А вы можете мне её показать?
Артур, поколебавшись, согласился. Жюли позвала своих друзей. Старик повёл их в комнату, где приглушённый свет озарял аквариумы, заполненные цветами, растениями или грибами. Рядом находился прибор, в котором Жюли узнала машину «Пьер де Розетт» поскольку такой она была описана в «Энциклопедии».
Артур включил тихо заурчавший компьютер.
- Это компьютер с «демократической архитектурой», о котором говорится в «Энциклопедии»? - спросила Франсина.
Артур кивнул, довольный тем, что имеет дело со знатоком. Жюли узнала спектрометр массы и хроматограф. Вместо того чтобы подключать их последовательно, как делала Жюли, Артур подключил их параллельно, таким образом, анализ и синтез молекул происходил одновременно. Теперь Жюли поняла, почему их машина не действовала.
Артур отрегулировал ручки на трубках.
Окончив приготовления, он осторожно взял одного муравья и положил его в прозрачную стеклянную коробочку, снабжённую пластиковой вилкой. Насекомое инстинктивно положило свои усики на усики искусственные. Артур отчётливо проговорил в микрофон:
- Желателен диалог между человеком и муравьём.
Он повторил фразу несколько раз, подкручивая какие‑то колёсики. Из колб с запахами начали поступать газы, служащие феромонами‑передатчиками. Они смешались, прежде чем достигли искусственных усиков. В колонках послышалось потрескивание, и синтетический голос компьютера соизволил, наконец, ответить на звуковом языке:
- Согласие на диалог дано.
- Здравствуй, муравей 6142‑й. У меня здесь люди моего племени, которые хотят послушать, как ты говоришь.
Артур подкорректировал наладку, чтобы улучшить качество приёма.
- Какие люди? - спросил муравей 6142‑й.
- Друзья, которые не знают, что мы можем вести диалог.
- Какие друзья?
- Гости.
- Какие гости?
- …
Артур начал терять терпение. Он признался, что в основном разговаривать с насекомыми очень трудно. И проблемы были не технические, нет, теперь обе стороны могли высказаться, труднее было понять друг друга.
- Даже если вам удаётся разговаривать с животным, это ещё не значит, что вы понимаете, о чем он говорит. У муравьёв другое восприятие мира, все нужно определять заново, даже самые простые понятия. Только для того чтобы муравей понял слово «стол», ему надо объяснить, что это «плоская подставка из дерева с четырьмя ножками, служащая для приёма пищи». Мы, люди, используем в речи массу недомолвок и, только разговаривая с представителем другого разума, замечаем, что разучились говорить ясно.
Артур подчеркнул, что 6142‑й далеко не самый глупый муравей. Некоторые только и выделяют: «На помощь!», как только он сажает их в переговорную коробочку.
- Все зависит ещё и от индивидуальности.
Старик с ностальгией вспомнил 103‑го, чрезвычайно одарённого муравья, которого он знал когда‑то. Тот не только активно поддерживал диалог, ему удавалось ухватить смысл некоторых чисто человеческих абстрактных понятий.
- 103‑й был муравьиным Марко Поло. У этого разведчика был необыкновенно открытый ум. Любопытство его было ненасытно, у него почти не было предубеждений относительно людей, - сказал Джонатан Уэллс.
- Знаете, как он нас называл? - вздохнул Артур. - «Пальцы». Муравьи нас целиком не видят. Все, что они замечают, это пальцы, тянущиеся, чтобы раздавить их.
- Что они о нас, наверное, думают! - заметил Давид.
- Вот как раз что было хорошо в 103‑м: он искренне хотел разобраться в том, монстры мы или «симпатичные животные». Я ему смастерил крохотный телевизор, чтобы он увидел людей всего мира, занятых своими обычными делами.
Жюли представила, какой шок наверняка испытал муравей. Как если бы ей вдруг показали жизнь муравьёв изнутри и с разных точек зрения. Войны, торговля, промышленность, легенды…
Летиция Уэллс пошла за портретом этого необыкновенного муравья. Друзья «третьего тома» сначала удивились тому, что изображение одного муравья может отличаться от другого, но, когда рассмотрели снимок, заметили несколько особенностей в «лице» 103‑го.
Артур сел.
- Красивый профиль, а? У 103‑го было слишком много энергии, слишком много фантазии, слишком чёткое осознание своей планетарной роли, чтобы сидеть в запертом аквариуме и слушать наши шутки, смотреть романтические голливудские фильмы и выставки картин из Лувра. Он сбежал.
- После всего, что мы для него сделали! Мы‑то думали, что он стал нам настоящим другом, а он нас бросил, - сказала Летиция.
- Это верно, после ухода 103‑го мы почувствовали себя сиротами. Затем принялись размышлять, - продолжил Артур. - Муравьи - существа дикие. Приручить мы их никогда не сможем. Все жители нашей планеты свободны и равноправны. Никакой причины удерживать 103‑го в заточении у нас не было.
- А где он теперь, этот особенный муравей?
- Где‑то на просторах природы… Перед бегством он нам оставил письмо.
Артур взял скорлупу муравьиного яйца и положил перед искусственными усиками. Компьютер перевёл пахучее письмо, как будто оно было живое и разговаривало с людьми.
Дорогие Пальцы!
Я здесь совершенно не нужен.
Я ухожу в лес, чтобы рассказать моим друзьям о том, что вы существуете и что вы не являетесь ни монстрами, ни богами.
Для меня вы «другие», параллельный мир.
Наши цивилизации должны сотрудничать, и я сделаю все, чтобы убедить своих соплеменников войти с вами в контакт.
Постарайтесь сделать то же самое и со своей стороны. Подпись: 103‑й.
- Как же он хорошо говорит на человеческом языке» - удивилась Жюли.
- Компьютер подправляет обороты речи, но при переводе что‑то теряется, - признала Летиция. - Пока 103‑й был здесь, он долго не мог вникнуть в принципы нашего разговорного языка. Потом все понял, кроме, как он сам сказал, трех вещей.
- Каких?
- Юмор, искусство, любовь.
Сиреневые глаза Летиции остановились на лице корейца.
- Эти понятия очень трудны для восприятия нечеловека. В последнее время мы все собирали для 103‑го анекдоты, но наш юмор слишком «человеческий». Мы узнали о том, что есть и типично мирмекийский юмор. Например, история про майских жуков, которые переплетаются лапками в сети паука, или про бабочек, взлетающих с ещё влажными и не расправленными крылышками и разбивающихся о землю…
- Да, это большая проблема, - признал Артур, - заставить муравья рассмеяться!
Они вернулись к переговорной машине и к продолжавшим суетиться подопытным муравьям.
- С тех пор, как 103‑й убежал, пытаемся разговаривать с теми, кто остался, - сказал Артур спросил муравья в стеклянной коробочке: - Ты знаешь, что такое юмор?
- Какой юмор? - выделил муравей.
193. ВЕЛИКИЙ ПОХОД
Юмор, это должно быть, что‑нибудь необыкновенное.
В жаре бивуака принцесса 103‑я рассказывает друзьям о ещё одной особенности мира гигантов, которых они скоро увидят. Чтобы не получить тепловой удар, муравьи массой повисли на ветке. Вокруг самки, внимая её откровениям, собралась живым клубком целая толпа участников великого похода.
Пальцев, когда они слышат историю про эскимоса на льду или про муху с отрезанными крылышками, под влиянием юмора сотрясают судороги.
Несколько присутствующих мух воздерживаются от комментариев.
Принцесса 103‑я по запаху, идущему от аудитории, понимает, что юмор никого особенно не интересует, и, чтобы удержать всеобщее внимание, меняет тему.
Она говорит о том, что у Пальца нет жёсткого панциря для защиты организма, и он, следовательно, гораздо уязвимее муравьиного. Муравей может взять вес, в шестьдесят раз превышающий его собственный, а Палец еле‑еле поднимает груз, равный тяжести его тела. Кроме того, муравей может безболезненно спрыгнуть с высоты, в двести раз больше его роста, а Палец умрёт, если спрыгнет с высоты, в два‑три раза больше его роста.
Аудитория, вернее, обонятория внимательно воспринимает феромональные рассказы принцессы. Все муравьи довольны тем обстоятельством, что, несмотря на свой внушительный рост, Пальцы - существа довольно хилые.
Затем принцесса объясняет, как Пальцы поддерживают вертикальное равновесие на задних лапах, а 10‑й делает заметки в зооведческом феромоне.
«ПОХОДКА:
Пальцы ходят на двух задних лапах.
Поэтому они видят друг друга над кустарником.
Для этого Пальцы слегка расставляют нижние конечности, колышут брюшком, перемещая центр тяжести вперёд, и, чтобы сохранить равновесие, помогают себе взмахами верхних конечностей.
Хотя положение это очень неудобно, Пальцы могут сохранять его долгий период времени.
Когда они чувствуют, что теряют равновесие, то выбрасывают вперёд лапу и восстанавливают его.
Называется это - «ходить»».
5‑й устраивает небольшой показ. Теперь он может пройти десять шагов подряд при помощи костылей из веточек.
Вопросов много, но 103‑я не задерживается на этой теме. Ей столько ещё надо рассказать товарищам. Она говорит о том, что у Пальцев есть властная иерархия, а 10‑й записывает трепещущим усиком:
«Пальцы не равны между собой.
Некоторые из них распоряжаются жизнью и смертью других.
Более важные Пальцы могут приказать поколотить низшего Пальца или заключить его в тюрьму.
Тюрьма - это запертая комната, из которой нельзя выйти.
Каждый Палец имеет начальника, самого подчинённого другому начальнику, который подчиняется своему начальнику… и так до начальника нации, который командует всеми.
Как назначаются начальники?
Существуют касты, и начальники просто выбираются среди детей уже действующих начальников».
Сказав это, 103‑я вспоминает, что она не все поняла в мире Пальцев. Надо поскорее вернуться в него, чтобы пополнить свои знания.
Огромный бивуак шевелит усиками. Стены говорят с полом, двери беседуют с потолком.
Принцесса 103‑я пробирается среди тел к живому окошку. Она смотрит на горизонт, на восток. Поход уже нельзя остановить. Она слишком далеко зашла. Остаётся лишь добиться успеха или умереть.
Пасущиеся внизу улитки не принимают участия в оживлённой дискуссии. Они, набив полные рты, спокойно жуют клевер.