День муравья
176. СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫЙ МИР
103- й выбирается из мойки, проползает рядом с вентиляционной трубой, идет по коридору, поднимается по стулу, взбирается на стену, скрывается за картиной, выползает оттуда, спускается, потом карабкается по крутым краям унитаза.
На дне маленькое озерцо, но муравей не собирается спускаться туда. Он направляется в ванную, вдыхает мятный запах не плотно закрытого тюбика зубной пасты, сладкий запах лосьона после бритья, скачет по марсельскому мылу, соскальзывает во флакон с яичным шампунем и едва избегает гибели.
Он увидел вполне достаточно. В этом гнезде нет ни единого Пальца.
И снова в путь.
Он один. Он убеждает себя, что представляет собой упрощенный и минимальный результат крестового похода. В итоге все сводится к индивиду. У него еще есть выбор: быть за или против Пальцев.
Может ли 103‑й в одиночку уничтожит их всех?
Конечно же. Но это будет нелегко.
Крестоносцам потребовалась три тысячи солдат, чтобы справиться с одним из этих великанов!
Чем больше он думает, тем сильнее он склонен отказаться от идеи истребить всех Пальцев Земли в одиночку.
Он подходит к аквариуму с рыбками и долго стоит у стеклянной стены, глядя снизу вверх на этих странных беззаботных пташек, сверкающих своего рода оперением.
Потом 103‑й проползает под входной дверью и по главной лестнице поднимается на следующий этаж.
Он проникает в другую квартиру и снова начинает исследование: ванная, кухня, гостиная. Он заблудился в видеомагнитофоне, прополз по электронным деталям, вылез оттуда и отправился в спальню. Никого. Ни одного Пальца на горизонте.
И снова мусоропровод и подъем еще на этаж. Кухня, ванная, гостиная. Никого. Он останавливается, выплевывает феромон и записывает туда свои выводы по поводу образа жизни Пальцев:
Феромон: Зоология.
Тема: Пальцы.
Источник: 103‑й.
Год: 1000000667.
Похоже, у всех Пальцев гнезда одинаковой конфигурации. Это большие пещеры из непробиваемого камня. Чаще всего эти пещеры теплые. Потолок белый, а на полу что‑то вроде цветного газона. Сами они бывают здесь очень редко.
Он выходит на балкон, поднимается по фасаду с помощью присосок на лапках и заходит в другую квартиру, похожую на предыдущую. Это гостиная. Вот тут‑то, наконец, появляются Пальцы. Он продвигается дальше. Они гонятся за ним, хотят убить. 103‑й успевает скрыться, крепко прижимая к себе кокон.
177. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Ориентация. Наибольшее количество знаменитых путешествий человек совершал, продвигаясь с востока на запад. Во все времена человек стремился следовать за солнцем, желая выяснить, куда проваливается этот огненный шар. Христофор Колумб, Улисс, Аттила… Все они считали, что ответ на этот вопрос можно найти только на западе. Путешествие на запад - это стремление заглянуть в будущее.
В то время как одни задавались вопросом, «куда» уходит солнце, другие желали знать, «откуда» солнце приходит. Путешествие на восток - это стремление познать истоки солнца, а заодно и свои собственные. Марко Поло, Наполеон, хоббит Бильбо (один из героев «Властелина колец» Толкиена) - персонажи востока. Они считали, что если что‑то и можно открыть, то для этого необходимо вернуться туда, где зарождается день.
Забавно, но у авантюристов тоже имеются символические определения двух направлений. Их обозначения таковы. Путь на север - это поиск препятствий и испытание своей силы. Путь на юг - это поиск отдохновения и покоя.
Эдмон Уэллс. «Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II
178. СКИТАНИЯ
103- й долго скитается в противоестественном мире Пальцев, неся свой драгоценный сверток. Он посещает многочисленные гнезда. Где‑то они пустуют, а где‑то Пальцы гоняются за ним, чтобы убить.
В какой‑то момент его одолевает искушение отказаться от миссии Меркурий. Но было бы жаль проделать такой долгий путь, потратить столько сил, а теперь вдруг все бросить. Надо отыскать добрых Пальцев. Пальцев с дружелюбным отношением к муравьям.
103- й обошел уже почти сотню квартир. С едой никаких проблем. Еды везде полно. Но ему так одиноко на этом пространстве с бесчисленными углами, что он чувствует себя на другой планете, где царят геометрические формы и все окрашено в неестественные цвета: в ослепительно‑белый или тускло‑коричневый, в голубой электрик, в ярко‑оранжевый или зеленовато‑желтый.
Эта страна сбивает с толку!
Здесь почти нет деревьев, растений, травы и песка. Только предметы и материалы, все гладкое и холодное.
Почти никаких представителей фауны. Только кое‑где появляется моль, да и та при его виде тут же улетает, как будто пугается этого лесного дикаря.
103- й запутался в половой тряпке, извалялся в муке, а потом с интересом изучал удивительное содержимое ящиков стола.
Никакого пахучего или визуального знака. Сколько мертвых форм, мертвых порошков, пустующих или набитых чудовищами гнезд.
Первым делом надо найти центр, - учила Бело‑киу‑киуни. Но как найти центр среди этого множества гнезд кубической формы, которые нанизаны одно на другое или же приклеены друг к другу?
И он одинок, так одинок, и так далеко от своих!!
Он с тоской вспоминает величественную пирамиду Бел‑о‑кана, своих шустрых собратьев, тепло трофоллаксисов, аппетитные запахи растений, благодатную тень деревьев. Как ему не хватает теплых камешков, на которых так хорошо погреться, этих феромонных дорожек, которые вьются среди травы!
И 103- й шагает вперед, по‑прежнему вперед, как совсем недавно шагал вперед целый крестовый поход. Его Джонстоновы органы сбиты с толку странными волнами: электрическими, световыми, магнитными, радиоволнами. Мир вне мира ‑это хаос искаженной информации.
По трубам, по телефонным проводам и бельевым веревкам он скитается от одного здания к другому.
Ничего. Ни одного сигнала приветствия. Пальцы не признали его.
103- й расстроен.
Он устал, измучил себя вопросами «для чего?» и «зачем?», и тут вдруг он улавливает неожиданные феромоны. Это запахи рыжих лесных муравьев. Обезумев от счастья, он несется навстречу прекрасным запахам. Чем ближе он подбегает, тем больше в нем уверенности, что это флаг‑запах Жю‑ли‑кана. Пальцы выкрали это гнездо незадолго до отправления крестового похода!
Прекрасный запах притягивает его как магнит.
Да. Гнездо Жю‑ли‑кан в целости. Население невредимо. Он хочет пообщаться со своими братьями, потрогать их, но между ними вырастает твердая прозрачная стена, мешающая любому контакту. Город огорожен кубом. 103‑й карабкается на крышу. Там есть дырочки, правда они слишком малы, чтобы потереться усиками, но вполне достаточные, чтобы обменяться информацией.
Жители Жю‑ли‑кана рассказывают ему, как их принесли в это искусственное гнездо. С тех пор как их силой переселили сюда, их изучают пять Пальцев. Нет, Пальцы не агрессивны. Они не убивают. Но однажды произошло необычное событие. Их забрали другие незнакомые Пальцы, они бесцеремонно трясли их, так что многие жю‑ли‑канцы погибли.
Но с тех пор, как их принесли обратно, они больше не знают забот. Пять очаровательных Пальцев кормят их, ухаживают за ними, оберегают их.
103- й радуется. Неужели он наконец нашел собеседников, которых ищет так давно?
Запахами и жестами муравьи, заключенные в искусственном гнезде, указывают ему, как найти «хороших» Пальцев.
179. БЛАГОУХАНИЕ
Августа Уэллс сидела в общем кругу. Тесно прижимаясь друг к другу, они издавали звук ОМ, создающий спиритуальную сферу.
Наверху, в нереально подвешенном состоянии, в метре над собственными головами и в полуметре от потолка не было ни холода, ни голода, ни страха, они забывались, они были всего‑навсего небольшим облачком думающего пара.
Но вскоре Августа Уэллс покинула эту сферу. Она снова материализовалась в свое земное тело. Она плохо сконцентрировалась. Что‑то ее отвлекало. Навязчивые мысли. Свой ум и свое «я» она оставила на земле. Инцидент с Николя не давал ей покоя.
Она подумала, что, наверное, мир людей производит жуткое впечатление на муравья. Муравьи никогда не смогут понять, что такое автомобиль, или кофеварка, или простой билетный компостер в поезде. Это за пределами их понимания. Августа Уэллс размышляет о том, что, возможно, вселенная муравьев отстает от вселенной людей, как разум человека отстает от божественного разума.
Может быть, в высшем измерении пространства и времени тоже существует какой‑нибудь Николя. Люди ломают головы, почему Бог так поступает, а на самом деле, это какой‑нибудь несмышленый ребенок, развлекается от нечего делать!
Так когда же его позовут полдничать или заставят прекратить играть с людьми?
Эта мысль взволновала и даже потрясла Августу Уэллс.
И если муравьи не способны представить, что такое компостер в поезде, то какими же машинами, какими оригинальными концептами должны манипулировать боги из высшего пространства‑времени?
Но такие размышления были пустыми и бессмысленными. Она снова сконцентрировалась и воспарила в сферу, где ее разум слился с разумом всей группы.
180. ЦЕЛЬ БЛИЗКА
Вокруг шум, запахи и тепло. Здесь есть живые Пальцы, это несомненно.
103- й приближается к зоне шумов и вибраций, стараясь не затеряться в зарослях толстого красного ковра. Его дорога усеяна мягкими препятствиями. На полу в беспорядке валяется разноцветная одежда.
Последний крестоносец ползет по пиджаку и брюкам Жака Мелье, дальше его путь лежит через черный шелковый костюм, он ползет вперед по рубашке комиссара, дальше он то поднимается, то спускается, как по американским горкам по бюстгальтеру Летиции Уэллс. Зона турбулентности приближается.
Перед ним вязаное полотнище покрывала, он поднимается по нему. Чем выше он поднимается, тем сильнее тряска. Запахи Пальцев, тепло Пальцев, звуки Пальцев, они где‑то здесь, это точно. Наконец он их увидел. Он вскрывает свой кокон бабочки и вынимает оттуда бесценный груз. Миссия Меркурий приближается к концу. Он карабкается на самую высокую точку кровати. Будь что будет.
Летиция Уэллс лежала, ее сиреневые глаза были закрыты, она ощущала, как энергия Ян ее партнера сливается с ее собственной энергией Инь. Их сплетенные тела синхронно двигались. Летиция приоткрыла глаза - и вздрогнула. Практически перед ее носом стоял муравей и держал между мандибулами маленькую сложенную бумажку!
Зрелище могло удивить кого угодно. Она замерла, потом высвободилась и приподнялась.
Жака Мелье такая резкая перемена озадачила.
- Что случилось?
- На кровати муравей!
- Наверное, он сбежал из твоего террариума. На сегодня довольно муравьев, прогони его и начнем с того места, где остановились!
- Нет, подожди, он не такой, как все. В нем что‑то необычное.
- Это что, робот Артура Рамиреза?
- Нет, это живой муравей. Ты мне можешь не поверить, но у него в мандибулах сложенная бумажка, кажется, он хочет нам ее отдать!
Комиссар был недоволен, но решил проверить информацию. Он и в самом деле увидел муравья с кусочком сложенной бумаги.
103- й видит перед собой множество Пальцев. Обычно пальцевидное животное разделяется на два стада по пять Пальцев. Но это, наверное, высшее животное: оно толще и у него не два, а четыре стада по пять Пальцев. Итого двадцать Пальцев, растущих от корневой розовой структуры.
103- й приближается и кончиками мандибул протягивает письмо, пытаясь не поддаваться страху, который ему внушают эти непомерные существа.
В памяти всплывает эпизод битвы с Пальцами в лесу, и ему очень хочется удрать со всех лапок. Но было бы слишком глупо сдаться, когда практически достиг цели.
- Давай посмотрим, что он держит между мандибулами.
Жак Мелье очень осторожно протянул руку к муравью. При этом прошипел:
- А ты уверена, что он не укусит меня или не брызнет на меня муравьиной кислотой?
- Уж не хочешь ли ты сказать, что боишься маленького муравья? - прошептала Летиция ему на ухо.
Пальцы приближаются, и муравья пронизывает страх. 103‑й вспоминает уроки, которые в детстве ему преподали в Бел‑о‑кане. Стоя перед хищником надо забыть, что он сильней тебя. Надо думать о чем‑нибудь другом. Сохранять спокойствие. Хищник как всегда ожидает, что от него побегут и это бегство определит его дальнейшее поведение. Но если вы с невозмутимым видом останетесь на месте и не выкажете страха, он придет в замешательство.
Пять Пальцев неумолимо приближаются к нему.
Кажется, они не пришли в замешательство.
- Главное, не спугни его! Не торопись, помедленней, иначе он убежит.
- Думаю, он не двигается потому, что хочет подпустить меня поближе и куснуть.
Рука медленно, но непрерывно продолжала движение.
Пальцы приближаются, они выглядят спокойными. Ни малейшего признака враждебности. Осторожно. Возможно, это ловушка. Но 103‑й дает себе клятву не убегать.
Не бояться. Не бояться. Не бояться, - твердит он себе. - Я пришел издалека ради встречи с ними, и вот теперь, когда они здесь, единственное мое желание - дать деру со всех шести лапок! Мужайся, 103‑й, ты уже сталкивался с ними и до сих пор жив.
Но так непросто смотреть, как на вас надвигаются пять розовых шаров, которые в десятки раз больше вас, и при этом заставлять себя не шевелиться.
- Осторожно, осторожно, ты же видишь, ему страшно: его усики дрожат.
- Не мешай, он начинает привыкать к плавному движению моей руки. Животные не боятся медленных и монотонных явлений. Понемногу, понемногу, понемногу.
Это инстинкт. Как только Пальцы оказываются ближе, чем в двадцати шагах, 103‑му хочется широко раскрыть мандибулы и атаковать. Но в его мандибулах сложенная бумага. Рот занят, и он не может даже укусить. Он вытягивает вперед кончики усиков.
В его голове сумбур. Все три его мозга спорят, и каждый из них хочет навязать свое мнение:
- Бежим!
- Без паники. Мы же не зря проделали такое далекое путешествие.
- Нас раздавят!
- Пальцы все равно близко, мы не успеем сбежать!
- Остановись, он умирает от страха, - велела Летиция Уэллс.
Рука остановилась. Муравей отступил на три шага и замер.
- Видишь, ему становится совсем страшно, когда я останавливаюсь.
103- й надеется на передышку, но Пальцы опять продвигаются. Если он ничего не сделает, то через несколько секунд они коснутся его! 103‑й уже видел, что происходит от щелчка Пальцев. Ему известны две реакции на неизвестное: действовать или терпеть. Терпеть он не хочет, поэтому действует!
Прекрасно: муравей вскарабкался ему на руку! Жак Мелье доволен. Но муравей несется вперед, прыгает с его руки, как с трамплина, и вот он уже поднимается по плечу Летиции Уэллс.
103- й осторожно идет вперед. Тут пахнет лучше, чем на другом Пальце. Он неторопливо анализирует все, что видит и чувствует. Если он выберется отсюда, то потом занесет информацию в зоологический феромон о Пальцах. Находиться на Пальце весьма любопытно. Плоская розоватая поверхность исполосована желобками, через одинаковые интервалы расположены маленькие колодцы, наполненные терпким потом.
103- й делает несколько шагов по белому закруглению плеча Летиции Уэллс. Она не шевелится, боясь раздавить муравья. Насекомое поднимается по шее, ему приятно ступать по шелковистой структуре. Он ползет по губам, опираясь всем своим весом на темно‑розовые подушечки. На мгновение теряется в гроте правой ноздри, а Летиция изо всех сил старается не чихнуть.
Он выползает из носа и склоняется над левым глазом. Глаз влажный и подвижный. Посреди океана цвета слоновой кости стоит сиреневый островок. Он не идет туда, боясь, что прилипнут лапки. Правильное решение, большая мембрана с черной щеточкой на краю опускается на глаз.
103- й продолжает путь по шее, потом скользит между грудями. Смотри‑ка, он спотыкается о родинки. Потом, очарованный нежной тканью грудей, он идет покорять сосок с розовой изменчивой вершиной. Он останавливается наверху и делает несколько заметок. Он понимает, что находится на Пальце и что этот Палец разрешает ходить по себе. Жители Жю‑ли‑кана были правы. Эти Пальцы и вправду не агрессивны. С кончика груди открывается широкий обзор на другую грудь и долину живота.
Он спускается и любуется этой светлой, теплой и мягкой поверхностью.
- Не шевелись, он приближается к пупку.
- Рада бы, но мне щекотно.
103- й падает в колодец пупка, вылезает, сбегает по длинным бедрам, поднимается на колено, потом спускается на лодыжку и снова начинает подниматься уже с внутренней стороны ноги.
Там он видит пять маленьких Пальцев, тучных и малоподвижных, их кончики покрашены в красный цвет. Он поднимается по ноге. Спринт по икрам, скольжение по белой и гладкой коже. Он скачет по этой теплой розовой пустыне из нежной кожи.
181. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Шесть. Цифра шесть - благоприятная для зодчих. Шесть - это число созидания. За шесть дней Господь сотворил мир, а на седьмой день - отдыхал. По словам Климента Александрийского, вселенная была создана в шести разных направлениях: помимо четырех сторон света, есть еще Зенит (самая высокая) и Надир (самая низкая точка по отношению к наблюдателю). В Индии шестиугольная звезда, именуемая Янтра, символизирует акт любви, взаимное проникновение Йони и Лингама. У евреев - это звезда Давида, а также печать Соломона, представляющие сумму всех элементов вселенной. Треугольник с вершиной, направленной вверх - это огонь. Треугольник с вершиной, направленной вниз - это вода.
В алхимии принято считать, что каждому лучу шестиконечной звезды соответствует свой металл и свое небесное тело. Верхний луч - планета Луна, металл - серебро. Дальше слева направо: Венера - медь, Меркурий - ртуть, Сатурн - свинец, Юпитер - олово, Марс - железо. Мудрое сочетание шести элементов и шести небесных тел дает в своем центре Солнце - золото.
В живописи шестиконечная звезда символизирует соединения цветов. Соединение всех оттенков дает в центральном шестиугольнике белый цвет.
Эдмон Уэллс. «Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II